Врачи: есть лекарства, способные бороться с генетической расположенностью к раку

Генетический тест — может ли он защитить от рака?

— Виктория Алексеевна, что к вам приводит людей, у которых нет онкологического диагноза? Не на «всякий случай» же они идут к генетику?

— Еще не так давно у нас принято было считать, что к практикующему врачу-генетику идут только беременные женщины или мамы с детьми, которые родились с наследственными болезнями, пороками развития, умственной отсталостью.

Сегодня к генетику идут и люди, у которых есть онко-настороженность. Чаще всего она не формируется на ровном месте.

Существует большая группа заболеваний с онко-предрасположенностями, которые проявляются уже во взрослом возрасте — это так называемые наследственные заболевания с поздней манифестацией.

Они и наследуются по классическим менделевским законам. Ими и занимается врач-генетик, проводя медико-генетическое консультирование.

— Генетическая предрасположенность существует, когда кто-то уже имел определенный диагноз или синдром в семье, правильно?

— Да, конечно. Но часто бывает так. Приходит пациент и рассказывает: «Ой, в моей семье все умерли от рака!» Начинаешь выяснять — а это не совсем так: кто-то из родственников был со стороны мужа, кто-то — чуть ли не сосед этажом выше. То есть при подробном расспросе можно сделать вывод, что онко-предрасположенности в данном случае нет. А человек годами живет в страхе в ожидании болезни.

Обратите внимание

Чтобы оценить и развеять страхи пациента, у которого есть онко-настороженность, врач-генетик должен составить родословную и провести стратификацию рисков. Прежде всего в группу риска попадают люди, выполняющие критерии отягощенности: если в их семье случилось онкозаболевание до 50 лет, наличие опухоли в разных органах – например, рак молочной железы и рак яичников.

Также онкологически отягощенный семейный анамнез – это наличие более двух родственников первой, второй или первой и второй степени родства с одинаковым онкозаболеванием, или какие-то редкие формы рака. Таким пациентам доктор назначит профилактические, скрининговые и генетические исследования.

— А если исследование покажет, что человеку есть чего опасаться в плане онкологии — что дальше?

— Врач, изучив все данные, разъяснит пациенту, какой прогноз заболевания он видит в данном случае. Если это пациент, у которого уже диагностировано онко-заболевание — например, рак молочной железы — генетик назначит уточняющую ДНК-диагностику: сначала — на частые мутации в генах BRCA1/2, а при отсутствии изменений и соответствия критериям отягощенности – онко-панель.

— Если диагноз уже известен — чем поможет ДНК-тест, другие генетические исследования?

— Не только некоторые пациенты, но и врачи иногда говорят: «Ну и что в том, что вы что-то узнаете с помощью исследования? Вы же не измените генетику?» Да, генетику изменить мы не сможем.

Но мы можем помочь доктору провести оптимизацию тактики лечения: прежде всего — определить объем оперативного лечения, выявить чувствительность или ее отсутствие к определенной химиотерапии, провести одномоментную профилактическую мастэктомию другой молочной железы.

Есть носители герминальных — то есть, врожденных — мутаций некоторых генов P53, АТМ,  которым противопоказана лучевая терапия… Мы можем увидеть здорового носителя наследственной мутации, когда болезни нет. Да, генную терапию для этих случаев пока еще не придумали. Такому человеку будет дан протокол динамического наблюдения: с какой частотой и какие исследования проходить.

Чтобы не было ситуаций, что человек с онко-настороженностью каждый месяц сдает все онко-маркеры — это никому не нужно, это не поможет ранней диагностике. Также уже существуют к определенным формам заболевания геноспецифическая терапия или профилактическое лечение, и с каждым годом их становится больше. И современный человек должен этим пользоваться.

— А бывают случаи, что знание своей генетики ничего не дает? То есть, что-то узнали, но воспользоваться этими знаниями нет возможности?

— Генетика находится на этапе бурного развития. И требуется тщательное осмысление полученных результатов. И такая тактика исповедуется всеми генетическими лабораториями в мире. Меня больше пугает низкая онко-настороженность врачей в России.

Расскажу о пациентке, которая долгое время безуспешно лечилась от бесплодия. Пять безуспешных попыток ЭКО! То есть безумная стимуляция происходила у этой молодой женщины.

И никого из репродуктологов не смутило, что в семейном анамнезе у ее матери в 45 лет был рак молочной железы, у брата ребенок умер от рака крови в младенчестве… Семьи, которые готовятся к протоколу ЭКО, тратят безумные деньги.

Так неужели в эту сумму нельзя заложить расходы на исследование онко-панели, хотя бы на частые мутации в генах BRCA1/2?! Была другая пациентка — в молодом возрасте она лечилась от рака молочной железы, ей провели секторальную резекцию, и она в течение пяти лет принимала лекарства. Она пришла к нам не по вопросу рака молочной железы, а чтобы спросить: когда же ей можно планировать беременность, ведь скоро ей уже отменят лекарства.

Я спросила про семейный анамнез — оказалось, случаев онкозаболеваний не было. Но меня смутил ее молодой возраст для рака молочной железы. Спрашиваю: «А вам перед лечением провели генетическое исследование?» Нет, не провели… Даже в уважаемом столичном учреждении врачей не смутило, что у девушки в 30 лет рак… Обследуем — находим всю ту же частую мутацию.

В тридцати процентах случаев патологические мутации возникает впервые — de novo, но уже дальше наследуются по классическим законам наследования.

И что теперь этой пациентке делать? Ведь она планирует беременность… Нужно ли ее еще обследовать? Нужно ли в профилактических целях удалять ту железу, которая уже была оперирована — или нет? К сожалению, на эти вопросы готовых ответов нет. Как и общих протоколов.

Важно

По каждому такому случаю должны собираться консилиумы специалистов с опытом, чтобы долгожданная беременность не закончилась новым заболеванием….

Кандидат медицинских наук Виктория Румянцева

— Не получится ли так, что человек, зная, что он генетически предрасположен к каким-то онкозаболеваниям, всю жизнь проведет в страхе? И еще: это же не значит, что он непременно заболеет, если у него есть мутации?

— Позвольте, я напомню, что у каждого из нас есть 23 пары хромосом — то есть всего их 46. В этих хромосомах содержится 40 тысяч генов, которые отвечают и за цвет глаз, и за цвет волос, и за многое, многое другое. Каждый человек — носитель генетических изменений, но не всегда они связаны с болезнью.

Так вот, более 100 генов — это уже доказано — это гены онко-предрасположенности. То есть человек, имеющий изменения в этих генах, может заболеть онкологическим заболеванием. Но это не стопроцентный риск, потому что гены бывают разной пенетрантности.

— Что означает «пенетрантность»?

— Это значит, что есть гены высокого риска, когда с вероятностью в 70-80 процентов в течение жизни онкологическое заболевание случится. Есть гены среднего риска – это 40-50 процентов. Все остальное — это низкий риск.

Большинство случаев рака – это спорадические раки, которые никак не связаны с наследственностью. На наследственные раки сегодня выделается 15-25 процентов случаев.

И чаще всего изменение происходит генетическое — но происходит именно в той клетке, где произошло нарушение. Но человек не несет в каждой клеточке своего организма эту мутацию.

И у него нет риска, что, например, произойдет повторное онкологическое заболевание.

 При наследственных раках мутации носят название герминальные. То есть они существуют с первого мгновения жизни человека, когда соединились яйцеклетка и сперматозоид. В какой-то момент жизни человека количество аномального белка, который производится этим мутантным геном, приводит к онкологическому заболеванию.

— Как человек может заподозрить, что он в группе риска по этим мутациям?

— Каждый будущий доктор на учебе в институте проходит основы генетики. Всех нас учат собирать семейный анамнез. Часто бывает, что пациенты рассказывают, что в семье было несколько случаев заболевания раком — например, раком молочной железы.

Поэтому проблема сбора семейного анамнеза при наследственных раках – она важна. Но, к сожалению, в нашей стране не только пациенты, но и врачи не обращают на это внимания. Если есть реальный семейный анамнез с онкологическими заболеваниями – этот человек автоматически в группе риска, ему нужно особое внимание и дополнительные обследования.

— И на практике так и происходит?

— Увы – далеко не всегда… Низкая онко-настороженность врачей – мировая проблема. Я была на одном международном конгрессе генетиков, где оценивалось, насколько соблюдают критерии отягощенности онкологи разных стран. Россия, к сожалению, не вошла в то исследование.

Так вот, оказалось, что в Голландии, Англии врачи в 80 процентах случаев правильно оценивают критерии наследственной отягощенности. А в такой развитой стране, как Германия — только в 50 процентах… То есть тут сказывается и менталитет, и консерватизм медиков. Не говоря уже о простых людях…

— Наверное, это дорогие исследования? Может, поэтому врачи не спешат их назначать пациентам?

— Врач должен сообщить пациенту, что такие исследования существуют, даже если они платные. Большинство из них доступны каждому — например, в Москве цена исследования на частые мутации стоит от трех до пяти тысяч рублей. Более сложные стоят, соответственно, больше. Например, есть панельное исследование, когда на одном чипе смотрят множество генов.

Совет

Есть такая онко-панель, на которой находится 94 гена с разной степенью онко-предрасположенности. Оно не дешевое, но есть федеральные центры — например, Российский научный центр рентгенрадиологии — в которых данные исследования проводятся для пациента бесплатно, в рамках научных программ, клинических протоколов. В любом случае здоровье и жизнь человека однозначно дороже.

— Какие виды онкозаболеваний можно спрогнозировать с помощью генетических тестов?

— Очень многие, в том числе и синдром, который чаще всего встречается именно в семейном варианте – это рак молочной железы и яичников. Пожалуй, об этих заболеваниях мы сегодня знаем больше всего. При наследственной форме обнаруживаем изменения в генах BRCA1/2.

Есть здоровые носительницы мутаций. Почему обязательно нужно их выявлять? Потому что именно эти люди требуют более внимательного наблюдения, чем «обычные», у которых нет мутаций в этих генах. Они могут никогда не заболеть раком молочной железы или яичника.

Но если заболеют — при наследственной форме болезнь будет протекать быстрее и более «злокачественно»: у них будет другая чувствительность к химиотерапии, возможно даже, что им, не дожидаясь заболевания, врач предложит профилактические операции – такие, как мастоэктомия, или овариоэктомия – удаление яичников.

— Это обязательные операции в таком случае?

— Нет. Только пациент вправе решать, нужны ли ему подобные генетические исследования и нужны ли ему профилактические мероприятия. Но он должен иметь обо всем этом полноценную информацию. И донести ее — задача врача.

К сожалению, я не знаю, как обстоят дела в регионах, но даже в Москве, где пациенты обследуются и лечатся в хороших учреждениях, не все знают, что можно провести тестирование на частые мутации в гене BRCA1/2. В основном приходят пациенты, которые сами проявляют активность. Но есть и федеральные центры, в которых каждый врач понимает важность и необходимость генетических исследований при онкозаболеваниях.

— То есть это как раз тот случай, когда спасение утопающих – дело рук самих утопающих?

— Более того: эти пациенты, не только себя спасают, но и членов своей семьи. У нас была женщина, у которой в третий раз обнаружили рак. Сначала был рак молочной железы, потом — рак яичника, потом снова — рак молочной железы. Она не только сама сделала исследование, но и привела своего брата, которому «поставила диагноз»: меланома — что-то ей давно не нравилось у него пятно на коже.

Исследование показало, что женщина не ошиблась: и она, и ее брат были обладателями мутации, которая дает 75-80 процентов заболеваемости раком. Мужчина в ранние сроки был поставлен на учет и получил своевременное лечение от меланомы. И скорее всего, при лечении доктора учитывали тот факт, что он — обладатель этой генной мутации.

Лариса Зелинская,

Фото Вадима Тараканова

Лариса Зелинская

Источник: https://ndn.info/citylife/beautyhealth/24535-geneticheskij-test-mozhet-li-on-zashchitit-ot-raka

Лекарство от рака? Методы борьбы с болезнью — Белая Клиника

Страшный диагноз рак. Мы боимся этого заболевания, слишком много летальных исходов. Почему это слово приносит ужас и фобии? Есть ли лекарство от рака, как жить дальше, если признали злокачественную опухоль? Почему она возникает и есть ли способы предотвратить появление рака.

ЧИТАЙ ТАКЖЕ —

Рак – это клеточная мутация, перерождение клеток эпителиальной ткани (кожных покровов, тканей желез, слизистых оболочек). Практически в каждом органе может развиться раковая опухоль. Рак – это обобщенное название (разновидностей этого заболевания около 200: саркомы, меланомы, тератомы, лимфогранулематозы и др.)

Читайте также:  Русский салат - лучшие рецепты. как правильно и вкусно приготовить русский салат

Слухи о раковом заболевании

Как одна из самых загадочней болезней, рак оброс множеством мифов. Периодически возникают слухи о том, что лекарство от рака найдено, что рак побежден. Давайте поговорим об этом страшном недуге, о многочисленных слухах, которые ходят вокруг этого заболевания.

  • Рак – самая опасная болезнь

На самом деле рак вовсе не считается самым страшным заболеванием. Абсолютно все люди болеют и рано или поздно умирают. Половина всех смертельных случаев от болезней – это инфаркты и инсульты. В этой статистике раку отдано всего 17%.

  • Наши предки не знали, что такое рак

Злокачественные опухоли существовали всегда и во все времена. Учитывайте то, что раньше средняя продолжительность жизни составляла около 40 лет, большинство смертей просто не диагностировали. В наши дни с развитием медицины диагностика более точно определяет причину смерти, поэтому создается впечатление, что рак – это болезнь наших дней.

Раковая опухоль поддается лечению во многих случаях. Исцеление от рака зависит от вовремя поставленного диагноза и лечения на первых стадиях раковых образований. По статистике около 3% населения всех развитых стран живет с пролеченным раком и половина из них считается абсолютно выздоровевшими. Большинство видов раков полностью излечивается на ранних стадиях начала заболевания.

  • Самые эффективные средства – это нетрадиционные лечения

Мы всегда будем верить в чудеса. Но онкологи, опираясь на неумолимую статистику, считают знахарей и народных целителей рака убийцами. Результаты лечения псевдоврачей неутешительны и в 100% случаях – это смерть.

Биологически активные добавки никогда не считались лекарствами, и от рака они не спасают! Единственную пользу, которую они приносят – это улучшение общего состояния организма больного человека. БАДы являются природными иммуномодуляторами и только.

Смесь виноградного вина и ядовитой соли ртути (сулемы) в нашей стране успешно продается с 90-тых годов прошлого века. После тщательной проверки выяснилось, что никакого эффекта это якобы лекарство не имеет. Но аферисты продолжают наживаться на людях, которые хватаются за последнюю соломинку, чтобы избавиться от рака.

  • Рак может передаваться по наследству

По наследству может передаваться не сам рак, а генетическая предрасположенность к нему. В онкологии даже существует специальный термин «раковая семья». В некоторых семьях отслеживается повышенное количество случаев заболевания злокачественной опухолью.

https://www.youtube.com/watch?v=QAsjOKBw9-8

Является доказанной наследственная предрасположенность к раку кишечника, желудка, молочной железы. Установлены конкретные гены, наличие которых объясняют подверженность некоторых людей к раку.

  • Рак – это заразная болезнь

Это не так. Заразиться раком невозможно. Единственный вирус, который передается от человека к человеку и может вызвать злокачественную опухоль – это вирус папилломы. Недавно начаты клинические испытания вакцины против этого вируса, и возможно, что в ближайшем будущем папиллома будет побеждена полностью.

  • Доброкачественная опухоль всегда перерождается в злокачественную

Такой вариант возможен, но к счастью, он достаточно редкий. Повышенное внимание должны вызвать доброкачественные опухоли кишечника, полипы желудка и фиброаденомы молочной железы, а также простые папилломы и родинки и родимые пятна больших размеров.

Рак и аспирин

В медицинской литературе стали появляться данные исследований о влиянии аспирина на образование раковых опухолей. На самом деле употребление аспирина существенно снижает вероятность появления рака. Особенно это касается злокачественной опухоли груди у женщин, желудка, легких и кишечника.

Секрет аспирина (aspirin) еще до конца не понят. Выводы ученых опираются пока только на исследованиях и наблюдениях. И на вопрос: аспирин лекарство от рака или просто профилактика, конкретного ответа еще нет. Этот препарат еще изучается и исследуется.

Но врачи предупреждают, что употребление аспирина несет много побочных эффектов. Он противопоказан больным язвой желудка и гастритом, поскольку аспирин вызывает раздражение слизистой желудка. Так же аспирин может вызвать внутреннее кровотечение. Поэтому прием этого лекарства необходимо проводить строго под наблюдением лечащего врача.

Фитотерапия в борьбе с раком

Иногда траволечение – это последняя надежда больного. В случае отказа онкологов провести химиотерапию или радикальную операцию (например, в запущенном и неоперабельном случае), смертельно больной человек вспоминает о фитотерапии.

Естественно, что полностью излечить рак никакие травы не в состоянии. Но грамотное использование определенных растений способно принести ощутимое облегчение и продлить жизнь больного человека. Многие уникальные эффективные противораковые препараты получены именно из растений.

Траволечение способно даже уменьшить опухоль в размерах и предупредить развитие предраковых состояний. Лекарственные травы приводят в норму содержание в организме минеральных солей, витаминов и биологически активных веществ. Это немаловажно перед проведением химиотерапии и облучения.

Всего известно более 120 растений, обладающих способностью помогать в лечении рака. Но среди них нет совершенно безвредных и безобидных. Существует ряд особо опасных, ядовитых растений. Если самим, без должного опыта и знаний пытаться заниматься фитолечением, можно спровоцировать еще большее развитие злокачественной опухоли.

Использовать лекарственные растения необходимо с большой осторожностью, особенно, если дело касается лечения рака. Ни в коем случае не занимайтесь самолечением! Следуйте советам и рекомендациям опытного врача-фитотерапевта.

В современной медицине, к сожалению, еще не существует однозначного мнения, как предотвратить развитие злокачественных образований. Мы очень надеемся, что лекарство от рака молочной железы, от рака крови, желудка, кожи и т.п. вскоре появится на прилавках наших аптек. Берегите себя и тщательно следите за своим здоровьем!

Иллюстрации с сайта: .

Источник: http://www.whiteclinic.ru/lechenie-raka/lekarstvo-ot-raka-metodi-borbi-s-bolezniu

Некоторые необычные способы лечения рака с комментариями Доктора Влада

О раке и его методах лечения есть очень много сведений в интернете и в печатных источниках, но к сожалению, не все они отличаются точностью и даже правдивостью изложения.

Так и в этой статье, которую я предлагаю Вашему вниманию, наряду с «чистой» информацией есть и та, пользоваться которой нужно очень осторожно, потому что можно потерять время и здоровье.

Думаю, что многим известно, что мировая звезда, глава компании Apple Стив Джобс в свое время отошел от традиционных методов лечения рака, который ему предлагали американские врачи и занялся самолечением. Исход, увы, неутешительный — он скончался.

Итак, вот статья о методах лечения рака, взятая из источника: http://www.wherewoman.ru/, и я эти методы прокомментирую, насколько смогу. Как обычно, курсивом.

***
27 октября 1951 года в одном из канадских университетов впервые применили радиационное облучение для лечения онкологических заболеваний. Сейчас раковые опухоли лечат самыми различными способами, и мы решили рассказать о самых интересных методах.

Впервые лучевую терапию провели с использованием радиоактивного кобальта. Целью данной методики стало уничтожение раковых клеток. Доктор Гарольд Джонс впервые применил такой вид терапии. В настоящее время лучевую терапию используют в комплексном лечении вместе с хирургическим вмешательством и химиотерапией.

Кроме того, лучевую терапию применяют для снижения болевых симптомов многих онкологических заболеваний. Радиационное облучение также может использоваться в лечении неопухолевых болезней — повышенной потливости, или, к примеру, с помощью облучения делают эпиляцию. Сегодня мы говорим и о других методиках, которые нередко используют в лечении раковых заболеваний.

Про лучевую терапию многим известно, я думаю. Но эпиляция волос или лечение потливости облучением — это что-то варварское. Смахивает на анекдот: «Вам височек косой? — Нет, лучше машинкой». Я уж лучше потеть буду по ночам, чем светиться зеленым светом от облучения.

Лечение ядами и лекарственными травами.

Ученые подтверждают, что такая методика может принести положительные результаты, но только в случае комплексного лечения, то есть, лекарственные травы должны использоваться только как вспомогательное средство. К тому же, такое лечение может занять несколько лет. Каждое лекарство из растений принимают ровно месяц, потом делают недельный перерыв и снова повторяют курсы.

Исследователи рекомендуют сочетать сразу несколько трав, однако с использованием ядовитых растений нужно проявлять особую осторожность. Обычно готовят спиртовые настойки. Берут одну часть сырья и девять частей водки, настаивают в темном и прохладном месте две недели, периодически взбалтывая раствор. Такие настойки хранятся примерно год.

Обратите внимание

Травы принимают вместе с ядом безвременника, болиголова или аконита, однако прием может осуществляться только после консультации с врачом. В настоящее время медики считают этот способ лечения одним из самых опасных, поскольку многие больные не умеют правильно высчитывать необходимые дозы и часто «добавляют» к основному яду еще несколько трав, чего делать ни в коем случае нельзя!

Ученые НЕ знают о таком методе лечения. Все, так называемые «лекарства» от рака, основанные на водке — это чисто русское изобретение.

Ни один врач в здравом уме не посоветует лечиться ядами, которые содержатся в травах. Нет такого способа и не было никогда. Я категоричен, но основываюсь на своем собственном опыте.

Разумеется, не считаю себя оракулом. Можете слушать и следовать советам других врачей, это Ваше право.

Я в свое время работал в наркологии. Так вот, у каждого второго больного алкоголизмом есть СВОЙ метод лечения любого заболевания, включая рак — водкой. Методы разные, но в основном они сводятся к поглощению водки по каплям, по часам, по нечетным дням, по лунному календарю и прочая беспросветная чушь.

Я вовсе не отрицаю, что на водке можно делать какие-то настойки. Просто призываю Вас аккуратно относиться к методам лечения, основанным на водке. В подавляющем большинстве случаев эти «методы» не имеют под собой совершенно никакой научной базы, а сплошь выдумки. Именно это относится и к описанному выше методу.

Методика лечения, разработанная голландскими учеными. Весьма интересный метод, который пока до конца не изучен. Ученые разработали безопасный способ доставки противоракового лекарства в раковую опухоль, что позволило сократить побочные эффекты лечения, что часто наблюдается при химиотерапии.

Лекарство заключают в специальные мельчайшие пузырьки, которые пропускаются через печень и никак не воздействуют на здоровые клетки. Лекарство работает только в зоне поражения, то есть в самой опухоли.

Такая уникальная методика также позволяет препарату легко проникать через мембраны клеток, тем самым усиливая воздействие лекарства.

Важно

Доставка противораковых лекарств точно по назначению играет очень большую роль. Дело в том, что многие известные и проверенные способы лечения рака, к сожалению, неблагоприятно воздействуют на окружающие, здоровые ткани. И получается, что лечим одно, а калечим другое.

Для доставки лекарства точно в опухоль медики применяют массу средств, включая просто инъекции препаратов длинной иглой в тело опухоли. Так что описанный метод с пузырьками вполне реален.

Методика лечения рака, разработанная специалистами из США. Исследователи предложили использовать в лечении раковых опухолей препарат, применяемый для борьбы со СПИДом. При длительном изучении препарата медики установили, что он обладает противораковыми свойствами.

Лекарство Нельфинавир подавляет развитие вируса ВИЧ в клетках и препятствует развитию опухолей. Было доказано, что данное лекарство может работать с не меньшей эффективностью, чем другие препараты против раковых клеток.

Препарат имеет низкую токсичность, поэтому его можно использовать для клинических испытаний на пациентках с агрессивной формой рака молочных желез.

Лекарство такое есть, при СПИД-е оно применяется широко, также исследуются его другие свойства. Вполне возможно, что Нельфинавир может использоваться и в лечении рака.

Лечение онкологических заболеваний антителами. Эта методика основана на применении антител для уничтожения раковых клеток. Антитела являются естественной защитой от чужеродных клеток.

Благодаря новейшим технологиям исследователям удалось создать искусственные антитела, которые атакуют и блокируют клетки новообразований. Лечение считается абсолютно безопасным: антитела не затрагивают здоровые клетки организма.

Антитела выпускают в форме лекарственного средства, кроме того, они могут по-разному воздействовать на новообразования. В отдельных случаях они вызывают полную гибель раковой клетки, а в других — лишают клетку связи с окружающей средой.

Безопасных методов вообще не существует. Одно это заставляет насторожиться. Тем не менее, лечение рака антителами активно исследуется. И действительно оно может оказаться достаточно эффективным и менее опасным, чем та же лучевая терапия.

Противораковые вакцины. Их применяют только для стимулирования иммунной системы ракового больного.

Вакцина, к сожалению, не уничтожает раковую опухоль, поэтому такая методика может применяться только в комплексном лечении. Вакцина содержит особые белки, направленные на блокирование роста раковых клеток.

Использование такой вакцины позволяет больному организму повышать сопротивляемость к росту раковой опухоли.

Совет

Вакцинация рака — тема вообще отдельная. Коль скоро до сих пор неясно, почему и отчего возникает рак, то и вакцина против него не может быть изобретена по определению.

Вакцинация — это когда в организм намеренно вводятся микроскопические дозы вещества, которые в норме вызывают болезнь. Организм быстро преодолевает недуг и настраивается против болезни.

Читайте также:  Булочки с корицей - лучшие рецепты. как правильно и вкусно приготовить булочки с корицей в домашних условиях

Если Вам интересно, то можете почитать подробнее про вакцинацию в Википедии. Сама по себе вакцинация — потрясающее изобретение, спасшее миллионы жизней. Но к раку вакцинация не имеет отношения, до тех пор пока не будет названа конкретная причина рака.

Уничтожение раковых опухолей специфическими ингибиторами. Это совершенно новая методика лечения рака, для которой применяются препараты группы ингибиторов.

Они воздействуют на особые белки в раковой опухоли, после чего клетки блокируются, благодаря чему замедляется рост опухоли. Кроме того, блокируется деление раковых клеток.

В настоящее время новый препарат проходит клинические испытания.

Действительно, ученые пытаются обезвредить раковые клетки изнутри, как бы запустив «Троянского коня». Как это делается в интернете многочисленными вирусами. То есть,»обмануть» раковую клетку и под видом безвредных веществ запустить в нее киллеров. Это направление в лечении рака считается одним из наиболее перспективных.

Хирургическое лечение рака. Это самый проверенный и надежный способ устранения раковых опухолей. Он является первоначальным этапом лечения новообразований.

Если пациент вовремя обращается в клинику, и ему диагностируют рак на ранней стадии, то в данном случае хирургическое вмешательство позволяет полностью удалить раковые клетки из организма. В большинстве случаев пациент полностью выздоравливает. Такой способ лечения не гарантирует, что раковая опухоль не «вернется» вновь.

Прежде всего, это связано с генетической предрасположенностью пациента. Кстати, хирургическое вмешательство часто применяют для удаления доброкачественных опухолей.

Все верно, хирургия в лечении рака используется очень широко и успешно. Тут и комментариев не требуется.

Комплексный метод лечения, эффективность которого подтвердили биологи. Этот уникальный метод лечения рака базируется на теории, что раковая опухоль — паразитарное заболевание, которое может быть вызвано трихомонадами.

Обратите внимание

Последователем данной теории является дважды лауреат Нобелевской премии доктор Отто Варбург. Именно ему принадлежит создание биохимической теории рака. Необычный способ лечения включает в себя несколько этапов.

Для начала пациент включает в свой ежедневный рацион большое количество йода, далее применяет для лечения отвары трав (листья березы, лопух). Кроме того, в период лечения необходимо ежедневно включать в рацион десять косточек абрикосов, льняное масло.

Врач назначает прием противопаразитарных препаратов, а после очищения организма дополнительно назначается курс лечения трихополом.

В онкологии действительно применяются комплексные методы лечения. Собственно, в основном и бывает так, что назначают сразу или по очереди несколько методов. Например, операция, лучевая терапия и химиотерапия. Это и есть комплексное лечение.

Но паразиты, в том числе и трихомонады не имеют АБСОЛЮТНО никакого отношения к раку. Здесь приводится в пример Отто Варбург. Это действительно гениальный ученый, лауреат Нобелевской премии и он занимался биохимией рака. Но он в своих работах ни словом не заикался о паразитах, а уж тем более, об абрикосовых косточках. Этот метод — чистейшей воды развод, хоть и назван «комплексным».

Источник: https://www.doctorvlad.com/index.php/2013/11/nekotorye-neobychnye-sposoby-lecheniya-raka-s-kommentariyami-doktora-vlada/

10 мифов о раке, в которые пора перестать верить. Рассказ врача-онколога Зои Жаврид • Слуцк • Газета «Інфа-Кур’ер»

Зоя Жаврид, заместитель главврача Солигорской ЦРБ, врач-онколог. Фото: Ольга Паздерина

Накануне Всемирного дня борьбы против рака (4 февраля) врач-онколог Зоя Жаврид, заместитель главврача Солигорской ЦРБ, врач-онколог, развеяла мифы про раковые заболевания, их причины и профилактику и рассказала, как человек может навредить сам себе.

МИФ 1. Рак неизлечим

Это не так. В онкологии хватает примеров, когда люди пролечились, у них нет рецидива, не появляются метастазы. У нас есть пациенты, состоящие на диспансерном учёте с 1960—1970 годов.

Чем на более ранней стадии выявлен рак, тем больше шансов на жизнь. У нас есть примеры, когда женщины после онкологических операций рожали детей.

Иллюстративная фотография. pixabay.com

МИФ 2. Рак передаётся по наследству

Не всегда. Наследственных форм рака не так уж и много. К ним относятся гормонально-зависимые опухоли — молочной железы, яичников, тела матки, предстательной железы, толстого кишечника, щитовидной железы.

Риск существует, если в роду было два и более случаев. Сейчас есть возможность провести обследование на «поломку» в генах — в кабинетах онкогенетического консультирования в онкодиспансерах.

Например, по поводу рака молочной железы проводится обследование на мутации в генах BRCA1 и BRCA2. Если у здоровой женщины анализ показывает, что предрасположенность к раку молочной железы заложена генетически, то она может сделать подкожную мастэктомию, как Анджелина Джоли. В Беларуси такая возможность уже закреплена на законодательном уровне.

МИФ 3. Лучевая и химио- терапии лишь ухудшают состояние

Неправда. Есть заболевания, которые лечатся только лучевой и химио- терапией. Например, опухоли головного мозга.

МИФ 4. Рак — это невыносимые боли, от которых ничего не помогает

Не всегда. Боль — это уже симптом запущенного случая рака. Она появляется, когда сдавливаются нервы, большая опухоль давит на другие органы.
В Беларуси для снятия боли много препаратов. Раньше использовался морфин. Сейчас есть препараты в виде пластыря, который клеится на трое суток. Есть препараты в таблетках и в каплях. Боль есть, но её можно снять.

МИФ 5. Народная медицина лечит рак

Неправда. Это самый тяжёлый миф, с которым официальной медицине сложнее всего бороться. К сожалению, когда люди начинают подозревать у себя опухоль или поставлен диагноз на ранней стадии, они лечатся самостоятельно.

В нашей практике за год бывает несколько таких случаев. Потом, когда пациенты осознают, что надо обращаться к врачам, опухоль находится в запущенной стадии, и уже помочь невозможно, время упущено. Применение народных методов усугубляет лечение.

Случается и так: пациент пролечился, опухоли нет, и он начинает заниматься самолечением травами, как бы для профилактики. Наш народ любит болиголов, аконит, чистотел. Это растительные яды. Человек погибает от полиорганной недостаточности, которая ими вызывается.

МИФ 6. У нас сейчас эпидемия рака

Утверждать нельзя. Хотя рост заболеваемости раком есть. Чем более развита страна, тем больше раковых заболеваний. Это связано с экологией, гиподинамией, образом жизни.

Плюс к этому, подходы к выявлению опухолей совершенствуются. Например, раньше в Солигорске в год выявлялось 15−20 случаев рака предстательной железы. Когда установили современное оборудование для обследования (скрининга), стали выявлять до 100 опухолей за год.

МИФ 7. Раньше люди раком не болели

Неправда. Даже при вскрытии египетских гробниц были найдены мумии, которые были поражены опухолью. В древние времена рак пытались лечить хирургическим путём.

МИФ 8. Фармкомпаниям не выгодно изобретать лекарство от рака

Неправда. Если бы какая-то компания изобрела средство от рака, она бы озолотилась.

МИФ 9. Раком можно заразиться

Это не совсем так. Некоторые виды рака вызываются вирусными инфекциями. Гепатит Б увеличивает риск развития рака печени. Вакцинация от гепатита Б защищает от этой инфекции и риска рака печени. Рак шейки матки вызывается вирусом папилломы человека (ВПЧ). Вакцинация против ВПЧ до начала половой жизни может заметно снизить риск рака шейки матки.

МИФ 10. Маркер выявит рак

Анализ на онкомаркеры разрабатывался не для диагностики рака, а для контроля за состояние уже пролеченных пациентов. Маркеры помогают проверить, возвращается опухоль или нет.

Маркера, который 100% покажет, есть онкология или нет, не существует. Если анализ отрицательный, — это не значит, что у вас нет опухоли. И наоборот, маркер показал, что у вас опухоль, — это не значит, что она есть. По онкомаркерам диагноз не ставится. Выявляют опухоль скрининги.

Статистика

  • 1 место — рак кожи, 16%
  • 2 место — рак толстого кишечника, прямой кишки, 11%
  • 3 место — рак лёгких, 10%
  • 4 место — рак молочной железы, 9%
  • 5 место — рак женских органов (матки, яичников и т. д.), 8%
  • 6 место — рак предстательной железы, 7%

Иллюстративная фотография. pixabay.comМужчины:Иллюстративная фотография.

pixabay.comЖенщины:

  • 1 место — рак молочной железы

В последнее время выросло количество рака полости рта, губ, глотки, гортани. Связано с тем, что человек одновременно принимает алкоголь и курит. В основном, это пациенты, которые ведут асоциальный образ жизни. За помощью они обращаются поздно, поэтому погибают в течение года после выявления рака.

Пример из практики: Как солигорчанка лечила рак народными методами

В практике солигорских онкологов не редки случаи, когда пациенты отказываются от традиционного лечения рака и обращаются к народной медицине. Ничего хорошего из этого не выходит.

«К нам обратилась женщина с раком молочной железы первой стадии, — вспоминает Зоя Жаврид. — Отправили её на консультацию в РНПЦ онкологии. Там ей предложили лечение. Но она отказалась, мотивируя тем, что больше доверяет народной медицине.

Через три года женщина снова пришла к нам. Её состояние было гораздо хуже: рука у пациенки почти не двигалась, подмышками очень сильно увеличились лимфоузлы, рак дал метастазы, были сильные боли. Женщина требовала от нас лечения.

Но потом снова от него отказалась.

Через два года она снова обратилась к врачам. Рак перешёл в четвёртую стадию. Исход был печальный. Если бы женщина на первых порах прошла курс лечения, то жила бы.

Тяга людей к жизни, надежда на выздоровлении и настрой на лечение играет большую роль. Если человек настраивается на позитив, то он живёт по 4−5 лет даже с четвёртой стадией рака. Иногда приходят пациенты на первой стадии, мы их успешно лечим. Но они себя накручивают до такой степени, что никто их не вылечит и болезнь вернётся, что опухоль на самом деле возвращается».

Источник: https://kurjer.info/2018/02/04/oncology-myth/

Россия не сможет победить рак с серпом и молотом

Пациенты, уставшие в борьбе с раком, говорят, что он неизлечим. Другие, как настоящие борцы, одолевают его даже в неравной схватке. И тех, и других обрадовала цель США, заявленная президентом Обамой, – победить рак. Если это случится, рано или поздно способы победы доберутся и до России.

О каких достижениях в борьбе с раком можно говорить в нашей стране, «Доктору Питеру» рассказал Евгений Имянитов, д.м.н., профессор, руководитель отдела биологии опухолевого роста НИИ онкологии им. Петрова, заведующий кафедрой медицинской генетики СПбГПМУ.

— Евгений Наумович, даже в наше время находятся пациенты, отказывающиеся от лечения или от продолжения терапии, потому что уверены – рак неизлечим. 

— Они должны знать, что это не так. Очень многие опухоли излечиваются, если диагностируются на ранних стадиях. Именно поэтому существуют программы скрининга. Типичный пример – рак шейки матки, скрининговые программы которого очень эффективны, благодаря им, в развитых странах вообще нет запущенных стадий рака шейки матки.

Научились лечить и на поздних стадиях некоторые категории новообразований, возникающие у молодых людей. Буквально за два-три десятилетия продолжительность жизни пациентов с запущенными опухолями толстой кишки выросла в пять раз, ещё больше ощутим прогресс в отношении пациентов с некоторыми разновидностями рака легкого.

И все это благодаря применению новых препаратов.

Говорить, что нет успехов в лечении рака, значит, проявлять полную некомпетентность. Они есть, но они очень дорого обходятся. Наибольшая доступность новых препаратов — в Америке, потому что там — огромные расходы на медицину, да и подавляющее большинство исследований рака делается в этой стране, независимо от заявлений Обамы. Но это ее особенность – все излишки отдавать на здоровье. 

Важно

В Европе недолюбливают американцев. А надо брать пример с их жажды инноваций, с их стремления вкладывать деньги и силы в по-настоящему инновационные исследования. 

— Значит ли это, что президент США Барак Обама, имел в виду, что Америка должна победить рак благодаря новым лекарствам?

— В том числе. Препараты – конечная часть цепи, их появлению предшествует огромное количество фундаментальных исследований. 

— Но там же — в США провели исследования, которые говорят, что использование в лечении злокачественных опухолей новых препаратов продлевает жизнь пациента с онкологическим заболеванием в среднем на два-три месяца. Основное их влияние – на качество жизни. 

— Как можно говорить о том, что лекарства не влияют на продолжительность жизни, непонятно, если созданы препараты, которые полностью излечивают человека. Например, «Гливек» в половине случаев излечивает хронический миелолейкоз. 

— И все же – это 50-процентная эффективность. То же — с препаратом, на который уповают женщины с раком груди – «Герцептин». 

— Он показан женщинам с активацией гена HER2. Я согласен, что поможет не всем – есть соответствующая статистика. Ну и что? И антибиотики, назначенные врачом, не для каждого человека одинаково эффективны.

Первые женщины с активацией гена HER2, участвовавшие 15 лет назад в клинических испытаниях «Герцептина», жили чуть более года, а сейчас, с применением ещё более новых препаратов, они живут в среднем почти пять лет – пятикратная разница, и игнорировать ее нельзя.

Другое дело, что «Герцептин» — очень дорогое лекарство, и когда говорят, что не всем оно помогает, думаю, по крайней мере отчасти, это, попытка сэкономить.

Действительно, обеспечить полноценное лечение всех пациенток с HER2-позитивным раком молочной железы не могут ни в одной стране мира, кроме, пожалуй, Америки, некоторых стран Европы, Японии и нескольких других очень развитых государств. Но это разные вещи – эффективность как таковая, и то, что принято называть соотношением «цена – выгода».

— Когда отечественное предприятие «Биокад» приступало к выпуску отечественного аналога «Герцептина», все надеялись, что он станет доступнее. Но в результате наше лекарство дешевле оригинального не более чем на 15%. Есть ли смысл в таком импортозамещении?

— Должен честно сказать, что информацию о ценах сам не видел – но все мои коллеги в один голос говорят о том, что разница действительно очень незначительная. Разделяю ваше недоумение, но это вопрос не ко мне.

Читайте также:  Отчим глазами ребенка

Хотя мне тоже кажется это несправедливым и странным, и я не знаю, как эту ситуацию можно изменить. Не знаю, на каком этапе и кто должен регулировать стоимость лекарств. Но во всех странах так или иначе лекарственный рынок регулируется.

И разница в ценах между «оригинальными» препаратами и их копиями значительно больше.

Таргетная (направленная на клетки опухоли) терапия воодушевила онкологов всего мира. Но как рассказывал ваш коллега из Америки, к этим лекарствам опухоли стали привыкать. И получается, что через несколько лет надо изобретать новые препараты, которые будут бороться с уже, по сути, новой опухолью, привыкшей к прежним препаратам.

— Это не рассказы какого-то коллеги из Америки, а общепризнанный факт – в процессе лечения опухоли, как правило, эволюционируют и приобретают резистентность к терапии. Но, к сожалению, жизнь человека не бесконечна.

К вопросу о том, можно ли вылечить рак или нельзя: бывают случаи полного излечения, бывает, что в этом нет и необходимости.

Есть данные, опубликованные, правда, не в научной, а в популярной литературе, о том, что усредненный онкологический пациент умирает на 7 лет раньше, чем мог бы умереть, грубо говоря, от старости. Это примерная цифра, и, признаюсь, мне неизвестно, на чем она основана.

Совет

Но она показывает: если мы исходим из того, что процесс развития опухоли удается контролировать на протяжении нескольких лет, во многих случаях этого уже достаточно. Онкологи работают в драматичной сфере медицины и часто видят, как пациент, пусть и с не очень контролируемым процессом, все-таки умирает не от рака, а от других причин. 

Для некоторых разновидностей опухолей – рака толстой кишки, отдельных категорий рака лёгкого, HER2-позитивного рака молочной железы – за последние 15-25 лет наблюдается почти пятикратное увеличение продолжительности жизни пациентов с запущенными стадиями заболевания.

Если мы получим возможность контролировать онкологический процесс не на пять лет, а на 10, это уже будет решением проблемы для многих пациентов. И на уровне системы здравоохранения можно будет говорить, что цель почти достигнута.

Хотя, конечно, 100-процентных показателей нет нигде – люди и от гриппа умирают.

— Беда в том, что онкология — это не только глубоко пожилые люди. Злокачественные опухоли развиваются и у молодых.

— Тем не менее, наши пациенты в основном – люди почтенного возраста. Просто когда болеют молодые, это быстрее и эмоциональнее запоминается.

-Есть мнение, что справиться с онкологическими заболеваниями можно, только обладая полной информацией. И главная роль отводится секвенированию генома – полученная информация поможет подобрать индивидуальное лечение. Например, если у человека велик риск развития рака желудка, то его удаляют. 

— Профилактическое удаление желудка является исключительной редкостью – я бы не стал делать акцент на таком примере. Секвенирование генома, действительно, одно из главных событий века. Но это не панацея. К счастью, наследственным ракам подвержена очень небольшая часть населения.

С помощью полногеномного секвенирования, которое скоро будет внедряться в практику, выявлять носителей геномных мутаций будет легче, а значит, легче заниматься профилактикой.

Профилактическое удаление молочной железы, яичников, щитовидной железы – ординарное событие для Америки и Западной Европы; другие органы подвергаются профилактическим операциям очень редко, в особых случаях. 
Геномные исследования развиваются в двух направлениях.

Каждый из нас — носитель каких-то мутаций, опасных либо для нас, либо для потомства. И первое направление исследований – выявление наследственных мутаций с помощью секвенирования генома.

Второе направление – исследование собственно опухоли: изучаешь спектр приобретенных клеткой мутаций, в связи с которыми она возникла, и назначаешь лечение. Для этого тоже требуется исследование генома всего организма, чтобы сравнить последовательность ДНК опухоли с последовательностью ДНК в организме. Поэтому в далекой перспективе оно потребуется для лечения любой опухоли. 

— Могут ли наши ученые «догнать и перегнать Америку» в поисках способа победы над раком?

— У нас ничего принципиально нового появиться не может – биомедицинская наука у нас в стране пока развита значительно меньше, чем математика, физика, химия.

Не стоит ожидать, что мы с серпом и молотом создадим пусть неравноценное, но сопоставимое с тем, что могут изобрести за океаном.

Обратите внимание

Неужели вы думаете, что ботинки мы сделать не можем, машины – не можем, а лекарства от рака найдем? Все, что может у нас появиться – это квалифицированное перенимание опыта, накопленного в развитых странах.

В этом ничего постыдного нет – даже квалифицированное копирование требует колоссальных ресурсов, труда исключительно образованных, творческих и талантливых людей, наличия соответствующей инфраструктуры. Разумеется, исключения есть, но… со времён Ивана Петровича Павлова в отечественной биомедицинской науке не было сопоставимых по калибру разработок. 

— Мы можем хотя бы не отставать, копируя?

— Безусловно, да. Многие медицинские научные школы занимаются внедрением зарубежных научных разработок: таким разработкам нужна адаптация – в каждой стране есть свои особенности, и новые технологии необходимо под них приспосабливать.

99% того, что называется наукой в российской онкологии, да и медицине вообще — это работа по внедрению технологий, разработанных на западе.

По своему, это уже очень хорошо, другие страны и этого не могут себе позволить — нужна очень высокая квалификация специалистов.

Что бы там ни говорили, а уровень образования, особенно школьного, у нас высокий, и это нам здорово помогает. Посмотрите, что произошло за очень короткий срок с кардиохирургией.

Это революция – еще недавно малодоступное лечение, направленное на восстановления кровоснабжения сердца, стало рутинной операцией. Это заслуга кардиохирургов и организаторов здравоохранения.

И, конечно, «вкус приходит во время еды» — если специалисты умеют не отставать от мирового уровня, то собственные значимые разработки обязательно появятся.

Евгений Имянитов, фото с сайта 36on.ru

— Но и вы сумели открыть ген BLM. До вас никто и не знал о существовании этого гена и последствий мутаций в нем для славянских женщин. 

— Не стоит ставить это открытие в один ряд, скажем, с открытием генов BRCA1 и BRCA2, ассоциированных с предрасположенностью к раку груди.

Первый ген – BRCA1 открыли в 1994 году, а наш, вовсе не первый по счету, мы открыли спустя 18 лет, используя в целом те же подходы, которые используют на западе, и импортную аппаратуру — нашей-то нет.

Другое дело, что другие не смогли это сделать. Но все равно это открытие в определенной степени вторично.

— Вы первыми в стране привлекли внимание к наследственным ракам, первыми в стране начали их массовую диагностику. Что это дает на уровне не отдельно взятого НИИ онкологии, а в масштабах страны?

— Мы стараемся прыгать выше головы, опережаем многие медицинские учреждения в стране по направлению, которое называется трансляционная медицина, молекулярная диагностика.

А это, действительно, космическая наука, это есть в Западной Европе, Америке, а например, в Восточной Европе трансляционной медицины очень мало. Диагностика наследственного рака — не просто лабораторная процедура.

Мы много пишем, выступаем, чтобы привлечь внимание наших медицинских специалистов к этой проблеме.

— И тем не менее выявление наследственных мутаций, приводящих к тому же раку груди, не становится у нас поводом к профилактической операции, к которой прибегла, например, Анжелина Джоли: захотела удалить грудь и яичники – удалила. У нас это сделать невозможно.

—  Анжелина Джоли нам очень помогла. Наше медицинское сообщество консервативно настроено к таким операциям, а благодаря ей медики уже не отрицают их целесообразность. Но и врачи других стран к этому долго шли, та же Франция: в разных странах свои представления о ценностях.

Важно

В России есть прецеденты профилактических операций. У моей ученицы из Краснодара была пациентка (с другой локализацией рака), у которой мы нашли мутацию в гене BRCA1 семь лет назад.

Краснодарские специалисты сделали  профилактическую операцию и не побоялись показать ее по центральному телевидению. 

Я веду прием и когда знаю, что риск велик, информирую женщин о желательности такой операции. Пациентки реагируют по-разному – от полного неприятия до абсолютного согласия. 

— И где ее можно выполнить в нашей стране? Любой надзорный орган может предъявить претензии, потому что такие операции не разрешены.

— Я часто спорю со своими коллегами, которые говорят, что у нас нет законодательной базы для таких операций.

Но ведь в любой клинике пластической хирургии можно изменить форму той же груди, ушей, носа – сделать необратимое хирургическое вмешательство, и это законодательно разрешено.

Нас учили, что если случайно на УЗИ обнаруживаются камни в желчном пузыре, его надо удалять с профилактической целью. Чем не профилактическая операция? А тут неизвестно, что опаснее – жить с камнями в желчном пузыре или со 100-процентным риском развития рака.

 
Речь идет о признанной во всем мире операции. На то и существуют авторитетные консилиумы, которые на основе достоверного генетического теста могут ее рекомендовать. Не думаю, что какие-то надзорные органы будут спорить с консилиумом по поводу необходимости проведения такой операции. 

— Эти операции можно назвать единственным спасением для женщин, у которых есть наследственная предрасположенность к раку? 

— BRCA1-мутации в нашей стране обнаруживаются с частотой 1 на 800 здоровых женщин. Но носительство – не приговор, на ранней стадии обнаруженный рак у женщины с этой мутацией можно вылечить. Слово «спасение» применимо здесь для небольшого числа женщин – 1 из двух тысяч. Но это специфика современной науки – все делается маленькими шажками.

— Мутации гена BLM встречаются чаще – 1 на 300. Может, у носительниц мутаций этого гена тоже стоит выполнять профилактические операции? 

— Я бы не рекомендовал. Если у носительниц мутаций BRCA доказан практически фатальный риск развития рака груди и польза профилактической операции, в отношении носительниц мутаций BLM сейчас таких данных нет. Пока мы их изучаем. 

— Что нужно делать, чтобы удешевить процесс лечения пациентов с онкологическими заболеваниями? 

— В так называемые тучные годы мы покупали в медицину все дорогостоящее, импортозависимость у нас колоссальная. Но у нас даже банальный потребительский сектор оказался абсолютно импортозависимым. В медицине зависимость приближается к 100%. Сейчас затраты на нее могут вырасти колоссально. Это пугает.

На самом высоком уровне сейчас говорят, что хотя бы для борьбы с инфекционными заболеваниями страна должна производить все сама. С этим сложно не согласиться — хотя бы социально опасные болезни страна должна иметь возможность лечить самостоятельно. Надо увеличивать уровень самостоятельности в медицине. По-видимому, надо, вообще, учиться жить скромнее. Не знаю, как это реализуется.

Пример с «Биокадом» – показательный, когда свой препарат стоит почти столько же, сколько оригинальный. 

— Нам непросто далось освоение современных медицинских технологий, мы вышли практически на западный уровень оказания медицинской помощи в высокотехнологичных отраслях медицины, а теперь придется «сворачиваться»? 

— Да, сейчас западные технологии в медицинской практике появляются практически моментально — наши врачи быстро и охотно учатся. И государство это поощряет.

Поощряется, чтобы центры покупали современное оборудование, поощряется повышение квалификации, сертификация. Да, там много недостатков, но в целом это делается и признается важным.

Совет

Однако опыт всех стран, в том числе нашей, показывает, что во время экономических кризисов первое, что урезается, это расходы на науку. 

Но надо отдать должное руководству страны, в условиях явно ухудшающегося экономического положения мы живем уже полтора года, но науку еще не сворачивали. 

— А что вы будете делать, если все это прервется, а импортозамещения еще не будет?

— Ничего не будем делать. Вообще ничего. Потому что, например, вся лабораторная диагностика держится на одноразовых пластиковых пробирках — тут 100-процентная зависимость и это все понимают. А хотелось бы, чтоб хоть простые вещи производились у нас.

Казалось бы, что сложного – пластиковую пробирку сделать? Выясняется, это не очень просто.

Я – за привлечение крупных международных компаний к организации производства у нас в стране по аналогии с автомобилестроением – с одной стороны машины импортные, с другой, производятся у нас, появляются специалисты, способные работать с передовыми современными технологиями.

Но когда в стране много денег, импортозамещение становится бессмысленным, когда мало – нет денег на вложение в новое производство, способное на это импортозамещение.

Ирина Багликова

© Доктор Питер

Источник: http://doctorpiter.ru/articles/13632/

Ссылка на основную публикацию